Грехопадение и его последствия. Задачи урока: Познакомиться с библейской легендой о грехопадении первых людей. Определить точное толкование вины и наказания. Выполнить задания урока

Ника Кравчук

Почему Бог допустил грехопадение Адама и Евы?

Самая большая трагедия в истории человечества произошла в Эдемском саду. Адам и Ева, созданные по Божьему образу и подобию, для вечной райской жизни, преступили заповедь. Они вкусили запрещенный плод из дерева познания добра и зла и тем самым отпали от Господа. Как понимать эту трагедию? Почему же милостивый и любящий Бог допустил грехопадение Адама и Евы? Почему всем потомкам прародителей приходилось нести на себе тяжесть первородного греха? Об этом читайте в статье.

Расплата за преступление заповеди

Вершиной всех Господних творений стал человек, созданный по образу Божьему. И это идеальное творение Бог наградил особым даром — свободой выбора.

Господь создал все условия, «обеспечил» действительно райскую жизнь и поставил лишь одно заповедь — о невкушении плодов из дерева познания. Бог предостерег: если вкусите с этого дерева, умрете.

Что такое смерть в библейском понимании? Это разрыв связи с Богом. Господь словно предупредил: Я дал вам лишь одно условие, если вы ослушаетесь Меня, то наши отношения уже не будут такими доверительными, как раньше, все изменится. Преступлением заповеди Адам и Ева предали Господа и тем самым отпали от Источника Жизни. В этом смысле они стали мертвыми.

Как Бог вообще допустил грехопадение?

Многие люди задаются вопросом: почему Господь, любящий и милосердный Отец, вообще допустил грехопадение Адама и Евы? Не мог Он создать человека неспособным к греху? Нет, не мог. Почему? Потому что Бог сотворил людей по Своему образу. Если Бог свободен, то и человек также обладает этим даром. Он не робот, не игрушка, не марионетка, действиями которой можно управлять с помощью веревочек.

Господь знает о возможных негативных последствиях мыслей и поступков, поэтому и предупреждает человека. Но он не заставляет Адама и Еву поступать так, как правильно. Они свободны выбирать сами и отвечать за последствия своих решений.
Если бы Бог запретил возможность грехопадения, он совершил бы насилие над человеческой природой.

Грехопадение Адама и Евы повлияло на всех потомков

Даже после вкушения запрещенного плода прародители имели возможность покаяться еще в Эдемском саду. Вместо этого они спрятались от Бога. И когда Господь спросил Адама, не вкушал ли тот запрещенного плода, первый человек вместо того чтобы раскаяться, непрямо обвинил Господа: это жена, которую сотворил Бог, дала ему плод, и поэтому он ел.

Последствия грехопадения были слишком масштабными. Грех, пробравшийся в человеческие сердца, передался потомкам. Люди своими усилиями не могли его победить.

Некоторые читатели спросят: почему же тогда Бог не избавил людей от последствий? Но как? Грех уже есть в человеке. Что сделать: насильственно убить согрешивших людей и вместо них создать безгрешных? А как же свобода выбора? И где гарантия того, что новые творения не преступили бы заповедь? В сложившейся ситуации Господь избрал иной вариант.

Цена искупления

Бог любви и милосердия ради спасения людей Сам пошел на жертву. Чтобы искупить все человечество, Сын Божий воплотился и пришел в мир. Чтобы вернуть людям бессмертие, Христос распялся на Кресте и принял смерть.

С помощью плода на Древе познания произошло грехопадение Адама и Евы, с помощью Крестного древа всему миру пришло спасение.

Почему Бог допустил падение Денницы и Адама? На вопрос отвечает протоиерей Владимир Головин:


Забирай себе, расскажи друзьям!

Читайте также на нашем сайте:

Показать еще

Священная Библейская история Ветхого Завета Пушкарь Борис (Еп Вениамин) Николаевич

Грехопадение и его последствия.

Откровение не сообщает нам, сколько времени продолжалась блаженная жизнь первых людей в раю. Но это состояние уже возбуждало злобную зависть диавола, который, лишившись его сам, с ненавистью смотрел на блаженство других. После падения диавола зависть и жажда зла сделались свойствами его существа. Всякое благо, мир, порядок, невинность, послушание стали ненавистны для него, поэтому с первого же дня появления человека, диавол стремится расторгнуть благодатный союз человека с Богом и увлечь человека за собой в вечную погибель.

И вот, в раю явился искуситель - в виде змия, который «был хитрее всех зверей полевых» (Быт. 3:1). В это время Ева находилась возле запрещенного дерева. Злой и коварный дух, войдя в змия, приблизился к жене и сказал ей: «Подлинно ли, сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю ?» (Быт. 3:1). В этом вопросе заключалась коварная ложь, которая должна была бы сразу оттолкнуть собеседницу от искусителя. Но она, по своей невинности, не в состоянии была сразу понять здесь коварство и в то же время была слишком любопытна, чтобы тотчас же прекратить разговор. Однако жена поняла ложь вопроса и отвечала, что Бог разрешил им есть от всех деревьев, кроме одного, которое посреди рая, потому что от вкушения плодов этого дерева они могут умереть. Тогда искуситель возбудил в жене недоверие к Богу. Он говорит ей: «Нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши и вы будете как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3:4–5). Коварное слово глубоко запало в душу женщины. Оно возбудило ряд сомнений и душевную борьбу. Что такое добро и зло, которое она может узнать? И если люди блаженствуют в теперешнем состоянии, то в каком же блаженстве они будут, когда станут как боги? В тревожном возбуждении жена обращает свой взор к запретному дереву, а оно так приятно для глаз, вероятно, плоды сладки на вкус и особенно заманчивы по своим таинственным свойствам. Это внешнее впечатление решило внутреннюю борьбу, и женщина «взяла плодов его и ела, и дала также мужу своему, и он ел» (Быт 3:6).

Величайший переворот в истории человечества совершился - люди нарушили заповедь Божию . Те, которые должны были служить чистым источником всего человеческого рода, отравили себя плодами смерти. Жена послушалась змия-искусителя, а муж последовал жене, которая из соблазненной тотчас сделалась соблазнительницей. Не замедлили сказаться и следствия нарушения первыми людьми заповеди Божией: у них, действительно, открылись глаза, как обещал искуситель, и запретный плод дал им знание. Но что же они узнали? Узнали то, что они наги. Увидев свою наготу, они из листьев сделали себе опоясание. Им страшно стало предстать теперь перед Богом, к Которому они раньше стремились с большой радостью. Ужас объял Адама и жену, и они скрылись от Господа в деревьях рая. Но любящий Господь зовет к себе Адама: «[Адам], где ты?» (Быт. 3:9). Этим вопросом Господь спрашивает не о том, где Адам находится, а в каком состоянии он находится. Господь призывает Адама к покаянию, дает ему возможность принести чистосердечное раскаяние. Но грех уже омрачил духовные силы человека, и призывающий голос Господа вызывает в Адаме только желание оправдаться. Адам с трепетом ответил Господу из чащи деревьев: «Голос Твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг, и скрылся» (Быт. 3:10). - «Кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть ?» (Быт. 3:11). Вопрос Господом был поставлен прямо, но грешник не в силах был ответить на него так же прямо. Он дал уклончивый ответ: «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел» (Быт. 3:12). Адам сваливает вину на жену и даже на Самого Бога. Господь обратился к жене: «Что ты это сделала ?» Жена следует примеру Адама и отклоняет от себя вину: «Змей обольстил меня и я ела» (Быт. 3:13). Жена сказала правду, но в том, что они оба старались оправдать себя перед Господом, заключалась ложь.

Тогда Господь изрек праведный суд Свой. Змей был проклят Господом перед всеми животными. Ему определена жалкая жизнь пресмыкания на своем чреве и питание прахом земли. Жена осуждена на подчинение мужу и на тяжелые страдания и болезни при рождении детей. Обращаясь к Адаму, Господь сказал, что за его ослушание проклята будет земля, которая его кормит. «Терния и волчцы произрастит она тебе… в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься» (Быт. 3:18–19).

Страшно было наказание за преступление заповеди Божией. Но милосердный Господь не оставил первозданных людей без утешения. Он тогда же дал обетование, которое должно было поддерживать их в дни последующих испытаний и невзгод греховной жизни. Это обетование «О семени Жены». Господь обещает людям, что от жены родится Спаситель, Который сокрушит главу змия и примирит человека с Богом.

Это было первое обетование о Спасителе мира. В честь Его будущего пришествия было установлено жертвоприношение животных, заклание которых должно было предзнаменовать Великого Агнца за грехи мира.

Окрыленные надеждой на пришествие Искупителя, Адам и Ева по повелению Божию покинули пределы рая.

Из книги Вера Церкви. Введение в православное богословие автора Яннарас Христос

Грехопадение Сознание грехопадения, поставившего человека на гораздо более низкий уровень существования, нежели тот, к которому он ощущает себя призванным, не является исключительным достоянием иудео-христианской традиции. Это общечеловеческое чувство выражено в

Из книги Догматическое Богословие автора Воронов Ливерий

7. Грехопадение прародителя и его последствия Видимая сторона греха наших прародителей состояла в нарушении запретительной заповеди Божией, выраженной в следующих словах: «От всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в

Из книги Священная Библейская история Ветхого Завета автора Пушкарь Борис (Еп Вениамин) Николаевич

Грехопадение и его последствия. Быт. 3.Откровение не сообщает нам, сколько времени продолжалась блаженная жизнь первых людей в раю. Но это состояние уже возбуждало злобную зависть диавола, который, лишившись его сам, с ненавистью смотрел на блаженство других. После

Из книги Введение в Ветхий Завет. Конспект лекций автора Шихляров Лев

2.3. Грехопадение. 3 гл. кн. Бытия целиком посвящена грехопадению и его последствиям. Мифологический (в значении «священно-символический») язык древнего сказания не всегда понятен современнику. Часто говорят о невесть откуда взявшемся яблоке, которое съела жена - а она

Из книги В начале было Слово… Изложение основных Библейских доктрин автора Автор неизвестен

Грехопадение Адам и Ева были сотворены по образу Божьему и были совершенными. Они жили в идеальном окружении. И все же, несмотря на это, они стали грешниками. Как это могло

Из книги Закон Божий автора Слободской Протоиерей Серафим

Грехопадение Диавол завидовал райскому блаженству первых людей и задумал лишить их райской жизни. Для этого он вошел в змия и спрятался в ветвях дерева познания добра и зла. И когда Ева проходила недалеко от него, диавол начал внушать ей, чтобы она поела плодов от

Из книги Живой колос автора Кронштадтский Иоанн

II. Грехопадение и последствия его. Диавол - виновник греха. Смысл голгофской жертвы и таинства причащения в промыслительном деле спасения человека Во всяком человеке, если он и мудрый, есть много и глупости, и иногда глупости отвратительной. Всякую минуту берегись,

Из книги Настольная книга по теологии. Библейский комментарий АСД Том 12 автора Церковь христиан адвентистов седьмого дня

Ж. Грехопадение «Ева искренно поверила словам сатаны, но эта вера не спасла ее от заслуженного наказания. Она усомнилась в словах Божьих, и это привело ее к падению. На суде люди будут осуждены не за то, что искренно верили лжи, а за то, что не поверили истине и пренебрегли

Из книги Никейское и посленикейское христианство. От Константина Великого до Григория Великого (311 - 590 г. по Р. Х.) автора Шафф Филип

§153. Система Августина: грехопадение и его последствия Для того чтобы понять учение Августина о грехопадении человека, мы должны помнить прежде всего, что Августин исходит из идеи органического единства всего человечества и глубокой параллели Павла между первым и

Из книги Католическая вера автора Гедеванишвили Александр

7. Грехопадение Первобытное состояние человекаПервый человек был наделен благодатью, которая есть участие в Божественной жизни, участие в сокровенной жизни Пресвятой Троицы.Вместе c благодатью Бог наделил наших прародителей особыми дарами, а именно: дар самообладания,

Из книги Теологический энциклопедический словарь автора Элвелл Уолтер

Грехопадение (Fall of Man). Грех Адама и Евы, возникший от непослушания и повлекший за собой трагические духовные, физические и социальные последствия для всего человечества. Простой, неприукрашенный рассказ о грехопадении приводится в Быт 3. Повеетвование носит исторический

Из книги Библия. Современный перевод (BTI, пер. Кулакова) автора Библия

Грехопадение Среди всех созданных Господом Богом животных, что не стали домашними, змей выделялся особыми способностями. Он спросил женщину: «Правда ли, что Бог запретил вам есть плоды какого бы то ни было дерева в этом саду?» 2 «Мы, - ответила женщина змею, - можем есть

Из книги Избранные места из Священной истории Ветхого и Нового Завета с назидательными размышлениями автора Дроздов Митрополит Филарет

Грехопадение прародителей и первые его последствия Господь насадил прекрасный сад на востоке и произрастил в нем роды дерев, прекрас­ных на вид, с плодами, приятными для вкуса. Среди этого земного рая Он также произрас­тил древо жизни и древо познания добра и зла. В этом

Из книги Основы Православия автора Никулина Елена Николаевна

Грехопадение прародителей и его последствия. Обетование о Спасителе В раю людям явился и искуситель – в виде змея, который «был хитрее всех зверей полевых» (Быт. 3.1). В это время жена находилась возле дерева познания добра и зла. Змей обратился к ней: «Подлинно ли сказал

Из книги Толковая Библия. Ветхий Завет и Новый Завет автора Лопухин Александр Павлович

III Грехопадение и его последствия. Местонахождение рая Пребывание первых людей в раю было пребыванием их в непосредственном общении с Богом, которое и было первой и совершеннейшей религией человеческого рода. Внешним выражением этой религии была церковь, как собрание

Из книги Антропология Адвентистов Седьмого дня и свидетелей Иеговы автора Сысоев Даниил

2. Грехопадение человека и его последствия 2.1. Грехопадение. Смерть души Как неложно обещал Господь, в тот самый день, когда первый человек вкусил от древа познания, он умер. Но смерть настигла сначала не его тленную плоть (она подверглась ей спустя 930 лет после сотворения),

4. О грехопадении и его последствиях (разговор под дикой яблоней, на поляне в лесу /урочище/ горы Эрцаху). /или чего-то поближе/

ТЕО. Прежде всего, подумаем над тем, почему был сокрыт тот смысл древнего библейского предания, который при нашей расшифровке выглядит вполне прозрачным и понятным современному человеку. Я предполагаю, что это произошло при составлении письменного свода священных текстов во время вавилонского пленения евреев. В то время память об адамитском миссионерстве по всей Земле уже стерлась, а знание об особом, высокоразвитом племени адама могло породить опасные выводы об изначальном превосходстве одного народа над всеми остальными. История показала, к каким страшным последствиям приводит эта соблазнительная идея, когда она «овладевает массами» под влиянием какого-нибудь маньяка вроде Гитлера. Пророческая мудрость помогла избежать раскола в тогдашнем человечестве, но сохранить до подходящего времени важнейший смысл библейских текстов.

КРИ. Вы уверены в том, что сейчас действительно наступило подходящее время, и уже миновала опасность «разжигания национальной розни» при публикации наших интерпретаций? Конечно, хотелось бы на это надеяться, но если вспомнить обо всем, что происходит в разных частях «цивилизованного» мира…

ТЕО. Вполне разделяя эти тревожные сомнения, могу сказать следующее. Во-первых, от нас не зависели «времена и сроки», которые Всевышний счел подходящими для того, чтобы мы вместе пережили на земле Адама Его новое откровение. Во-вторых, при формулировке основных положений нашей книги мы сознавали свою ответственность и стремились не оставлять места для злостных извращений их смысла.

АБХ. Множество противоречивых толкований всегда возникало по поводу библейских текстов, описывающих «грехопадение» Адама и Евы. Познакомим читателя с нашей интерпретацией этого сказания. Слова «для человека не нашлось помощника, подобного ему» (Быт. 2: 20) могут быть переосмыслены так: Адаму «не с кем было собраться», так как на иврите «помощник» звучит как АЙЗАР, а в абхазском АЙЗАРА значит «собраться» (букв. «по одному вместе»). Общим делом мужчины и женщины, «собравшихся вместе», было исполнение завета Всевышнего – «возделывать и хранить» Эдемский сад (Быт. 2: 15), а со временем – управлять и заботиться обо всем тварном мире Земли.

Отметим, что ивритское слово «помощник» созвучно еще и абхазскому АЗАРА – «оседание мутной воды, очищение» (песня АЗАР поется абхазами на поминках, когда как бы очищается вся жизнь усопшего). Слово в масоретском тексте, которое может быть озвучено как АЗАР, встречается при описании того места будущего храма, где происходит очищение священника и ставится преграда всему «нечистому» (Иез. 45: 18-19). Учитывая это, можно считать, что первым шагом Адама и Евы должно было стать очищение жизненной энергии ЭЙД на всей земле.

ТЕО. Согласно нашему сценарию, когда Адам и Ева созрели для выполнения замысла Творца о них, перед силами преисподней возникла реальная угроза окончательно лишиться власти над земной природой. Поэтому РАХАВ / ШЭЙД употребил все доступные ему средства, чтобы подчинить своему влиянию первую пару избранников Божьих. Однако вход в Эдемский сад для духов преисподней был закрыт, и потому они были вынуждены искать помощи у своего извечного противника САТАНА / ЛЮЦИФЕРА, который «был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней» (Иез. 28: 14). По-видимому, этот «помазанный херувим» (он же – «лукавый, диавол») тогда впервые получил у Всевышнего разрешение подвергнуть «искушению» человека, как гораздо позже – испытать благочестивого Иова.

АБХ. Картину «грехопадения» человека на основании библейских текстов можно представить себе так. САТАН вселился в обычную эдемскую змею – возможно, потому, что Адам и Ева привыкли доверять ей в вопросах выбора пищи. Ведь «змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог» (Быт. 3: 1). Этот змей привлек внимание Евы к «дереву посреди рая», плоды которого Бог под угрозой смерти запретил людям есть (или даже касаться дерева). Лукавый клевещет на Всевышнего, изображая его завистливым тираном: «Нет, не умрете; но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3: 4-5). Как только Ева поверила змею, ей показалось, что запретное дерево «приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание». И соблазненная женщина «взяла плодов его, и ела; и дала также мужу своему, и он ел» (Быт. 3: 6).

Агадические рассказы пытаются психологически объяснить поведение этих библейских персонажей. По одной версии, змей дотронулся до запретного дерева, чтобы Ева не боялась нарушить запрет, увидев, что с ним ничего не случилось. По другой версии, змей толкнул женщину так, что она сама коснулась дерева и увидела ангела смерти, но сказала себе: если я сейчас умру, Бог создаст Адаму другую жену; уж лучше мы оба отведаем запретного плода и либо вместе умрем, либо вместе останемся живы.

У евреев существует и еще одно предание, которое кажется мне самым правдоподобным: Ева изменила Адаму, отдавшись человеку по имени НАХАШ (ивр. «змей»). Можно предположить, что это был некий маг (колдун, шаман) из племени адама, который принес в эдемский сад прирученную змею и сам говорил с Евой от ее имени (используя хорошо известные приемы чревовещания).

Когда Ева приняла на веру слова змея (точнее, мага Нахаша), не обратившись за советом к мужу, Адам был поставлен перед свершившимся фактом: запретный плод его «помощницей» уже съеден. Возможно, из любви к Еве Адам решил разделить ее участь, которая казалась неизбежной. Это означает, что доверие человека к своему Творцу в этот момент было поколеблено. Ведь Адам мог обратиться к Нему с просьбой пощадить дарованную Им подругу, ставшую для него такой дорогой. Но вместо этого Адам тоже нарушил завет Бога, поев запретных плодов вслед за Евой.

Педагогический смысл этого библейского предания таков: основной грех человека заключается в нарушении его доверия к своему Творцу.

КРИ. Название «древо познания добра и зла» (Быт. 2: 17) – это результат неудачного истолкования греческими переводчиками слов оригинала. Дело в том, что выражение ТОВ ВЕ РАА значит не «добро и зло», а «все на свете», термин ДААТ (ивр. «познать») имеет еще один смысл – «уметь, владеть, обладать», причем в еврейской традиции это слово обычно применяется к брачным отношениям. Между тем, греческий перевод дал повод гностикам и многочисленным их эпигонам (в том числе современным) превозносить нарушение Божественной заповеди как первое проявление свободомыслия и человеческого достоинства. Консервативные толкователи, наоборот, использовали текст библейского сказания для оправдания дремучего невежества, утверждая, что само стремление человека к познанию греховно.

Самую оригинальную интерпретацию событий в Эдеме предложил русский философ Лев Шестов (в книге «Киргегард и экзистенциальная философия», М., 1992). По его словам, в Библии нет и намека на то, что в человеке, каким он вышел из рук Творца, дух был усыплен. Это только змей, «отец всякой лжи», обещал Еве, что, вкусив плодов древа познания добра и зла, люди пробудятся и «будут как боги». А на самом деле свобода невинного человека в Эдеме не знала никаких ограничений, так как он жил перед Богом, а это значит, что для него не было ничего невозможного. И «сон духа», и страх, который парализовал волю человека, пришли в результате его грехопадения. Только после этого человек утратил свободу, поверив, что мир принудительно держится неотвратимыми «законами природы и морали».

Переводя это философское эссе на язык современной культурной антропологии, можно сказать следующее: описанные в Библии отношения человека с Богом в Эдеме соответствуют концепции «первичного монотеизма». Как в раннем детстве жизнь человека полностью зависит от родителей, которые кажутся ему «всемогущими», так и в начале времен человек жаждал приобщиться к Творцу как к источнику своего бытия. Подрастая, ребенок все чаще говорит родителям «я сам», а у архаического человека, научившегося обеспечивать себя самым необходимым для жизни, растет иллюзия независимости от Небесного Отца. Поэтому такими вожделенными становятся для него «плоды древа познания» – устойчивые и надежные причинно-следственные связи. Постепенно Творец удаляется из сферы внимания человека, становился «Богом в отставке» (выражение М. Элиаде). Его почитание заменяется культами Матери-Земли и предков, духов-покровителей мест и стихий; они кажутся ближе и понятнее, чем таинственный, непредсказуемый Творец. И человек стремится стать магом, претендующим на управление «силами добра и зла» в своих интересах.

Приведем цитату на эту тему из книги «Истоки религии» священника Александра Меня:

В душе древнего человека возникает глухая враждебность к Высшему, перемешанная с завистью и рабским страхом. Он готов, как Прометей, похитить огонь с неба и одновременно ползает в пыли среди своих табу и суеверий. Следы этого «бунта на коленях» есть почти во всех дохристианских религиях. Божество в глазах древних нередко представлялось как враг, соперник и конкурент. В желании овладеть Его силами и поставить их себе на службу заключена самая суть магии, прототипом которой был Первородный грех... В магизме более всего выразилось эгоистическое самоутверждение человека, его воля к власти. Он все более прилеплялся у плотскому, посюстороннему. Поэтому обожествленная природа – Богиня-Мать – легко вытесняла Бога из его сердца. Человек ждал от нее пищи, побед, наслаждений и готов был поклоняться ей и ее детям – богам. Таковы корни натуралистического идолопоклонства. Но отношение человека к природе было двойственным. Он не только молился ей, но и настойчиво требовал. И если его требование оставалось без ответа, он поступал как насильник, он наказывал и истязал своего идола… Начинается долгая война за покорение матери-природы; и после каждой победы сына она будет жестоко мстить ему.

А вот как та же тема представлена у замечательного абхазского писателя Фазиля Искандера (в его романе «Сандро из Чегема»), который создал яркий образ опечаленного Творца, «отправленного в отставку» неблагодарными людьми:

Творец наш идет себе, улыбаясь рассеянной улыбкой неудачника… Отчасти в его походке сквозит и трогательная человеческая надежда: а вдруг еще что-нибудь успеет, придумает… Но ничего не придумывается, да и не может придуматься, потому что дело сделано, Земля заверчена… Вот почему он уходит к своему холму такой неуверенной, такой интеллигентской походкой, и на всей его фигуре печать самых худших предчувствий (будущих, конечно), стыдливо сбалансированная еще более будущей русской надеждой: авось как-нибудь обойдется…

ТЕО. Некоторые исследователи предполагают, что первоначально в Библии речь шла только об одном «дереве могущества», «дереве обладания всем на свете», образ которого потом раздвоился на «древо жизни» и «древо познания». /НЕ СОВСЕМ ТАК/ Запрет Творца есть плоды, в которых сконцентрирована жизненная энергия ЭЙД, может означать, что юные Адам и Ева, не созрев духовно, не должны были поддаваться своим природным влечениям. В надлежащее время они приняли бы из рук своего Создателя плоды «древа жизни и обладания всем на свете», получив в дар бессмертие и Его благословение: «плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею…» (Быт. 1: 28).

Часто возникает вопрос: почему же Всевышний не оградил своих любимых детей от «сатанинского искушения»? Благочестивый ответ состоит в том, что высшим духовным даром человеку от Бога была свобода выбора. И Адам, и Ева могли поверить не змею (Нахашу), а Творцу, и потому они ответственны за свой греховный поступок. Объясняя смысл «запретного плода» в райском саду (запрет – лат. «интердикт»), православный богослов диакон Андрей Кураев в журнале «Альфа и Омега» (№ 2, 1995) писал:

Грех – это не нарушение заповеди, а отказ откликнуться на призыв быть чем-то большим, отказ творить всегда новую жизнь… Интердикт Адаму – это свидетельство серьезного отношения Бога к человеку: человек признается собеседником Бога. И это – требование аналогичной серьезности в отношении человека к Богу.

Итак, свобода человека – не каприз индивидуальной воли, но священное бремя, наложенное Творцом на человека.

КРИ. Конечно, это высокая честь. Но не слишком ли строго были наказаны любящим Отцом юные Адам и Ева, не устоявшие перед соблазном «запретного плода», который, как известно, всегда сладок?

АБХ. Чтобы ответить на этот вопрос, попробуем истолковать библейский текст, рисующий яркую картину событий после вкушения нашими прародителями этого плода: «И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания» (Быт. 3: 7). Вероятно, здесь речь идет о реакции Адама и Евы на пробуждение у них сексуальной энергии. Ведь когда Адам услышал голос Господа Бога, ищущего его, то «убоялся, потому что я наг, и скрылся» (Быт. 3: 10). Переживание своей наготы – это еще и чувство беспомощности, беззащитности. В библейском тексте использована игра слов: «думали приобрести мудрость (ивр. ИРУМ ), а увидели, что наги (ивр. ЭЙРУМ ). Значит, человек устыдился своего состояния, так как половое влечение возникло у него в извращенном порядке: не из центра личности, не в согласии с разумом и волей, а как действующее с принудительной силой телесное и эмоциональное возбуждение. Добавить АБХ: вариант предания об Эдеме/

ТЕО. Поддавшись соблазну, Адам и Ева отдали во власть ШЕЙДА один из главных источников жизненной энергии всего человеческого рода. Искаженную структуру своей глубинной психической жизни, постоянный разлад между желаниями «духа» и «плоти» до сих пор способны трезво оценить лишь немногие. Один из них – апостол Павел, который горько сетует: «Знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе… Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех» (Рим. 7: 18-20).

Итак, Бог не обманул человека: нарушив Его запрет, человек вызвал расщепление между нижними и верхними пластами его души, которая уже не могла удержать тело от старения и увядания: смерть вошла внутрь человека. Змей (САТАН устами Нахаша) по-своему тоже не обманул: если бы человек, ставший «разумным животным», поел еще и плодов «древа жизни», он действительно уподобился бы бессмертным «богам» преисподней. Чтобы этого не случилось, Творец изгнал человека из эдемского сада и поставил перед «древом жизни» непреодолимую преграду – «херувима и пламенный меч обращающийся» (Быт. 3: 24); по нашей версии, речь идет об абхазской АНЫХЕ.

АБХ. Наказание, которое понес Адам за свой грех, в библейском тексте описано такими словами Господа: «проклята земля за тебя; со скорбию будешь питаться от нее во все дни жизни твоей. Тернии и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою… Возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты, и в прах возвратишься» (Быт. 3: 17-19). Подставив вторые значения некоторых ключевых слов на иврите, мы получили такой текст:

ПРОКЛЯТ ЗА ТЕБЯ АДАМ А, РАЗДРАЖАТЬ БУДЕТ ТЕБЯ ПРЕПЯТСТВИЯМИ ВО ВСЕ ДНИ ЖИЗНИ ТВОЕЙ. БУДЕТ ОТРЕЗАН И РАССЫПАН, РАСТИ И РАСПРОСТРАНЯТЬСЯ БУДЕТ ДЕЛО ШЕЙДА. …СТАНЕШЬ ОПЯТЬ КАК АДАМ А , ОТ КОТОРОГО ТЫ ВЗЯТ, ИБО ТЫ ПРАХ И В ПРАХ ВОЗВРАТИШЬСЯ.

Интерпретируя эти слова, можно предположить, что в результате грехопадения человека власть над энергией ЭЙД райского сада перехватил ШЭЙД / РАХАВ (или его подручные). Отравленная ядом преисподней энергия проникла в землю ЭРЕЦ, что привело к пробуждению у людей племени адама агрессивности и властолюбия, ранее им не свойственных. И Адам с ужасом обнаружил в себе те же качества, хотя ядро его личности, сформированное Божественным воспитанием, позволило ему не потерять способности к покаянию, исцелению души.

КРИ. Вызывает недоумение библейская формулировка наказания Евы за нарушение заповеди. Господь говорит ей: «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей…» (Быт. 3: 16). Но разве может быть иначе? Ведь ни в чем не повинные животные, как и женщины всех времен и народов, тоже рождают свое потомство в муках, что предопределено самим их телесным строением. И современная психология (см., например, книги С. Грофа) начинает открывать, какие роковые последствия имеет «родовая травма»: ужасная боль, испытанная младенцем при рождении, вызывает у человека недоверие к жизни, ощущение враждебности мира. В результате он легко поддается «ангелическим» внушениям, что телесная жизнь – сплошное страдание, и человеку лучше всего было бы вообще не появляться на свет. А уж если такое «несчастье» с ним случилось, то он должен искать путь к блаженному растворению своего отдельного Я в нерасчлененном Единстве (по сути – к возвращению в материнскую утробу). Это умонастроение великий психиатр З. Фрейд определил как «волю к смерти» – базовый инстинкт, условно названный им Танатосом (по имени бога смерти античной мифологии). С ним борется Эрос – свойственный всему живому инстинкт самосохранения и продолжения рода, который «переориентирует» неприятие, ненависть к себе на всех других, возбуждая даже в обычном «хорошем человеке» разные формы немотивированной агрессии (хотя и «мотивы», и поводы – всегда под рукой).

Итак, вся эта мрачная картина – следствие условий рождения каждого из нас. Чем можно объяснить столь суровое наказание человечества за прегрешение Евы, если «Бог есть Любовь»?

ТЕО. Возможно, для животных муки рождения необходимы для того, чтобы подготовить их к жестокой борьбе за жизнь. А для духовной жизни человека важен опыт трансформации, прохождения «сквозь бездну» к новому типу бытия. Этот опыт способствует становлению самостоятельности человека, его индивидуальности, что является необходимым предварительным условием становления его как «тринитарной» личности. Последнее понятие (важнейшее по значению) нуждается в подробном обсуждении, которое у нас впереди.

А сейчас вернемся к тексту, посвященному следствиям «грехопадения» человека. Господь говорит Еве, а, значит, и всем ее дочерям: «к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (Быт. 3: 16). Это можно понять буквально, в духе патриархальной этики: мужчина обязан господствовать над женщиной, управлять ее страстями, а не подчиняться им (что разрушительно для обоих). Призвание мужчины – отвечать перед Богом за женщину как существо более слабое и подверженное разным влияниям.

КРИ. Получается, что Ф.М. Достоевский не прав, утверждая, что «красота спасет мир»? Наоборот, сама красота нуждается в спасении?

ТЕО. Да, онтологически первичным, а потому и спасающим является мужское начало, но оно тоже обречено на гибель, если не утвердится в соборности.

Искусителю Адама и Евы, представшему перед ними в облике «змея», Господь предсказывает такую судьбу: «И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее: оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3: 15). Странные слова о «семени жены» чаще всего толкуют так, что кому-то из прямых потомков Адама и Евы предстоит победить новое воплощение «диавола, древнего змия». В христианской традиции считается, что это обетование относится к Иисусу Христу: отсюда его титулы – Сын Человеческий (букв. «сын Адама»), Новый Адам.

АБХ. Судьбу прародителей после грехопадения можно представить в таком виде. Адам и Ева, для которых Господь сделал «кожаные одежды» (Быт. 3: 21), были изгнаны из райского сада и поселились на территории племени адама. Они были вынуждены с большим трудом (в «поте лица») возделывать землю (Быт. 3: 23), потерявшую свое плодородие – энергию ЭЙД. Здесь Ева родила сначала КАИНА, греховно зачатого еще в райском саду (по легенде – от Нахаша), а затем и АВЕЛЯ, а также дочь (или двух дочерей-близнецов).

По поводу отношений между этими первыми детьми Адама и Евы сложились многочисленные народные предания. Согласно арабской легенде, одну из сестер (более привлекательную) Адам хотел отдать Авелю, но Каин насильно овладел ею; вражда между братьями возникла якобы в результате их соперничества из-за женщины, хорошо знакомого из житейского опыта мужчин.

ТЕО. Мы предлагаем другое истолкование преступления Каина. Оно позволяет понять, до какого безобразия (т.е. поругания образа Божия в себе) способен дойти человек под влиянием своих природных инстинктов.

Обычно считается, что имя КАИН произошло от арамейского или арабского слова «ковать», хотя Каин назван в Библии земледельцем; правда, о потомке Каина ТУВАЛ-КАИНЕ сказано, что он был «ковачем всех орудий из меди и железа» (Быт. 4: 22). Вероятно, уже по следам библейского предания слово «каин» было понято как «ревность, зависть, захват, приобретение». Точно так же имя АВЕЛЬ (от арамейского ХАБЛУ – «сын») принято связывать с однокоренным словом ХЭВЭЛ (ивр. «плач, боль», иногда – «суета»), как будто родители могли дать имя своему сыну уже после его гибели.

АБХ. «Адамитская» этимология тех же имен, как всегда, более содержательна. В абхазском языке формант К служит чем-то вроде определенного артикля (знаком конкретности), АИ означает «младенец, рождаться»; поэтому КАИ(А)Н можно перевести так: «вот дитя от Бога АН». Фактически это расшифровка слов Евы после рождения первенца: «приобрела я человека от Господа» (Быт. 4: 1).

Адамитская форма имени АВЕЛЬ / ХЭВЭЛ реконструируется как ХАЖЭЛА (где ХА – «Хава», АЖЭЛА – абх. «семя»). Значит, имя младшего сына можно перевести как «семя Евы» (в полном соответствии с библейским предсказанием о «семени жены»). Возможно, Адам и Ева получили какой-то знак, оправдывающий такое имя второго сына, – например, новорожденный необычно светился: в имени ХАЖЕЛА формант ЛА отсылает к слову ЛАША (абх. «светлый, сияющий, светящийся» – эпитет священных персонажей абхазской мифологии).

ТЕО. Интересные возможности дает наш метод «перевода» библейского текста для понимания деталей истории о принесении сыновьями Адама разных жертв Богу: «И был Авель пастырь овец; а Каин был земледелец. Спустя несколько времени, Каин принес от плодов земли дар Господу. И Авель также принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его; а на Каина и на дар его не призрел. Каин сильно огорчился, и поникло лице его» (Быт. 4: 2-5).

Фраза «Каин был земледелец», с учетом нашего толкования слова «земля» как «адама » (племя), может быть понята так: КАИН ПОРАБОЩАЛ АДАМА . Тогда понятно, почему его жертва оказалась неугодной Богу, – Каин принес в жертву плоды не своего труда, а труда его рабов. А так как слово МИФРИ (ивр. «плоды») созвучно другому – МЕФУРАК (ивр. «разобранный на части, расчлененный»), возможна и другая, более жесткая интерпретация: речь идет о «расчленении» адама – т.е. о первом человеческом жертвоприношении, идею которого Каину мог подсказать ШЭЙД / РАХАВ. Это предположение недостаточно обоснованно текстуально, но кажется нам достаточно логичным: ведь судя по тексту, Авель тоже «расчленил» свою жертву – овец, принеся жертву «от тука их».

Гораздо важнее второй смысл библейских слов об Авеле как о «пастухе овец»: он сам является ОБРЕЧЕННЫМ АГНЦЕМ, что делает его прообразом Исаака (приготовленного в жертву Богу Авраамом) и самого Иисуса Христа, часто именуемого в Новом Завете «жертвенным агнцем Божиим». Почему так важно предпочтение Всевышним одного из жертвоприношений? Речь шла о том, кто из братьев произведет на свет обетованного Спасителя, который «поразит змея в голову». Каин не сомневался в том, что это будет именно он – как старший брат, занятый возделыванием земли. И когда Творец неожиданно принял другое решение, «Каин сильно огорчился, и поникло лице его» (Быт. 4: 5). Подставляя вторые значения ивритских слов в этот текст, мы получили:

ОПУСТОШИЛСЯ КАИН И ПОЛНОТА ЖИЗНЕННЫХ СИЛ (ЭНЕРГИЯ «МА-ЭЙД») ИЗВЕРГЛАСЬ ИЗ НЕГО.

АБХ. Потеря Кином энергии жизни (вероятно, мужской силы) должна была вызвать у него панику, так как это лишало его возможности продолжить свой род. Каин не откликнулся на призыв Господа к покаянию: «у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт. 4: 7).

На основе адамитского языка тот же библейский текст может быть расшифрован иначе, если связать его с преданием о похищении Каином сестры, предназначенной Авелю. Так как братьям она казалась единственной женщиной, способной произвести на свет их потомство, соперничество между ними не было обычной житейской ситуацией. Звучание ивритских слов позволяет восстановить возможное имя этой женщины – ХАЛВАИ (напоминающее имя ее матери – ХАВВА), а также наказ Господа:

ПОХИЩЕННАЯ ХАЛВАИ У ВХОДА ЛЕЖИТ; К ТЕБЕ ВЛЕЧЕНИЕ ЕЕ, ТЫ ЖЕ ВЛАСТВУЙ НАД НЕЙ.

Наше толкование последних слов точно соответствует сказанному Еве: «К мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (Быт. 3: 16). А весь текст можно понять так, что Халваи уже отдалась Каину, она готова войти в его дом («у входа лежит»), и Всевышний утверждает этот брак, призывая мужа «властвовать» над страстями жены.

КРИ. Хотя такое прочтение делает данный текст более понятным, сама версия о ссоре братьев из-за женщины (пусть даже единственной на свете) выглядит либо уступкой «народному» вкусу, либо вариацией на тему египетского мифа об Осирисе, коварно убитом его братом Сетом. К тому же становится совершенно непонятным, зачем Каину было убивать брата, если Бог согласился на его брак с похищенной сестрой. Но главное мое возражение состоит в том, что традиционное прочтение этого места («у дверей грех лежит…») – содержательнее и глубже, чем Ваше толкование: призыв Бога «властвовать над грехом» относится не только к Каину, но и к каждому человеку, сердце которого открыто для Всевышнего.

ТЕО. Дело в том, что наше толкование отражает первичный, «адамитский» смысл обсуждаемого текста, который сейчас действительно выглядит слишком простым и «житейским». Составители и переводчики Библии сумели превратить это «малое семя» в духовно значительное повествование.

Вернемся к основной сюжетной линии. Когда Каин впал в отчаяние из-за обиды на Творца и потери жизненных сил, духи преисподней смогли воспользоваться этим. Они возбудили в нем готовность на этот раз идти до конца – на то преступление, о котором в Библии сказано: «И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его» (Быт. 4: 8). Если заменить в этом тексте слово «поле» на второй смысл стоящего в оригинале слова ШАДА (ивр. «злой дух Шейд»), мы получим более содержательную версию: Каин завлек брата не просто «в поле», а «к Шейду» – в такое место, где он уже имел опыт магического общения с «духами злобы преисподней».

Пролив братскую кровь, Каин осквернил священную землю АДАН и услышал грозные слова Господа: «Что ты сделал? Голос крови брата твоего вопиет ко мне от земли. И ныне проклят ты от земли, которая отверзла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей. …Ты будешь изгнанником и скитальцем на земле» (Быт. 4: 10-12); в Септуагинте сказано еще сильнее: «стенающим и дрожащим ты будешь».

Заменив слово «земля» на «адама », мы можем увидеть еще один важный смысл этого текста:

ГОЛОС КРОВИ БРАТА ТВОЕГО ВОПИЕТ КО МНЕ ОТ АДАМ А . И НЫНЕ ПРОКЛЯТ ТЫ ОТ АДАМ А , КОТОРЫЕ ОТВЕРЗЛИ УСТА СВОИ, ОБЕЩАЯ ВОЗМЕЗДИЕ ЗА КРОВЬ БРАТА ТВОЕГО ОТ РУКИ ТВОЕЙ; ВЕЧНЫМ СКИТАЛЬЦЕМ БУДЕШЬ ТЫ НА ЗЕМЛЕ ЭРЕЦ.

Здесь речь идет о страшном потрясении людей из племени адама, когда они узнали об убийстве одного из тех, кто казался им бессмертными богами или, по крайней мере, великими жрецами Всевышнего. Согласно своим традициям, адама считали справедливым отомстить за смерть Авеля убийством Каина («око за око» Ветхого Завета). Тогда становится понятным следующий текст (абсолютно непонятный, если считать семью Адама единственными людьми на земле): «И сказал Каин Господу: наказание мое больше, нежели снести можно. Вот, Ты сгоняешь меня с лица земли, и от лица Твоего я скроюсь, и буду изгнанником и скитальцем на земле; и всякий, кто встретится со мною, убьет меня. …И сделал Господь Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его» (Быт. 4: 13-15).

Вопрос о том, почему Господь защитил Каина от мести соплеменников и позволил «каинитскому духу» распространяться по земле, остается загадочным. Он может быть решен только в русле общей богословской проблемы места и роли различных воплощений сил зла в сотворенном Богом мире: РАХАВА и его подручных, САТАНА, искушающего человека, ИУДЫ, КАИНА, а в конце времен – АНТИХРИСТА. Позже мы попытаемся подступиться к этой проблеме, но сначала необходимо разобраться с именами и делами прямых потомков Адама и Каина.

Из "Библиологического словаря"
священника Александра Меня
(Мень закончил работу над текстом к 1985 г.; словарь оп. в трех томах фондом Меня (СПб., 2002))

ГРЕХОПАДЕНИЕ, или ПЕРВОРОДНЫЙ ГРЕХ, событие, к-рое, согласно Библии, отдалило человека от Бога и исказило человеческую природу.

1. Библейские свидетельства. 3-я гл. Кн. Бытия (относимая обычно к яхвистической традиции) описывает Г. как нарушение Божественной воли первыми людьми, к-рые соблазнились словами змея, уверившего их, что, вкусив от запретного Древа, они станут «как боги, знающие добро и зло».
Изобличенные в грехе, люди не раскаялись и были изгнаны из Эдема. Их отдаление от Творца привело к тяжким последствиям: к борьбе против человека сил зла (семени змея; см. ст. Первоевангелие), к нарушению гармонии между людьми, а также между человеком и природой. Лишившись доступа к Древу Жизни, человек утратил способность к бессмертию.

По существу, весь *Пролог Кн. Бытия составляет одно целое с этим сказанием, поскольку рисует картину мятежа человека против воли Сущего и «лавиноподобное увеличение греха» (*Рад). За грехом Адама следует первое братоубийство, к-рое сделало кровную месть регулятором отношений между людьми (Быт 4:1-24). «Развращение человеков» привело к *Потопу, а *вавилонское столпотворение - к разделению людей.

Примечательно, что в др. местах ВЗ почти нет ссылок на события Пролога Кн.Бытия и учение о Г. остается нераскрытым. Как правило, мы встречаемся в ВЗ с общей мыслью о греховности человека (см., напр., 3 Цар 8:46; Пс 50:7). Первые намеки на событие, описанное в Быт 3, содержатся в Сир (25:27) и Прем (2:23-24). 1-я Кн. Еноха (см. ст. Апокрифы) рассматривает Быт 6:1 сл. как Г. ангелов («сынов Божиих»), к-рые совратили людей, научив их *магии. 3-я Кн.Ездры и апокрифич. Апокалипсис Варуха, написанные в 1 в. до н.э., уже определенно связывают плачевное состояние людей с грехом Адама. Из этого можно заключить, что ветхозав. доктрина Г. окончательно сформировалась в *междузаветный период.

Ап. Павел в дальнейшем углубил и развил это учение. Он не только констатирует трагич. противоречивость человека, колеблющегося между добром и злом (Рим 7:15 сл.), но и говорит о Г. Адама как начале всеобщей греховности (Рим 5:12). Адаму, главе ветхого человечества, возжелавшему похитить высшую власть, апостол противопоставляет Иисуса Христа как Второго Адама, умалившего Себя и ставшего Главой нового человечества (Флп 2:7 сл.). Первый Адам открыл в мир дорогу греху и смерти, Второй - даровал человеку вечную жизнь (1 Кор 15:22, 45-49).

Ап. Иоанн указывает, что воля ко злу зародилась в мире духовных существ: «сначала диавол согрешил» (1 Ин 3:8). В Откровении Иоанна диавол, извративший жизнь природы и людей, отождествляется со змеем Быт 3 и драконом. Образ дракона в ВЗ символизирует силы разрушения и хаоса. Он является тварью, к-рая восстала против Творца и к-рая будет побеждена лишь в конце веков (Ис 27:1; ср. Откр 20:2-3).

2. Толкования библ. учения о Г. Экзегеты, интерпретировавшие библ. тексты, связанные с Г., искали ответа на ряд принципиальных вопросов, напр.: является ли сказание Быт 3 описанием действительно совершившегося некогда события или же в Кн.Бытия речь идет только о перманентном состоянии человеч. рода, обозначенном с помощью символов? К какому лит. жанру относится Быт 3? В чем сущность греха Адамова? Что оказало разрушительное воздействие на природу: падение человека или иные факторы? Какова связь между Г. Адама и греховностью всех людей? В святоотеч. письменности и в исследованиях позднейших времен наметились три основные интерпретации Быт 3.

а) Буквальное толкование было разработано гл. обр. *антиохийской школой. Оно предполагает, что Быт 3 рисует событие в том самом виде, как оно происходило на заре существования людей. Эдем был расположен в определ. географич. точке земли (свт. *Иоанн Златоуст, Беседы на Быт, XIII, 3; блж. *Феодорит Киррский, Толкования на Быт, XXVI; *Феодор Мопсуестский, Migne. PG, t.66, k.637). Древо Познания было реальным земным деревом (блж. *Феодорит Киррский, Толкования на Быт, XXVII). Одни экзегеты этого направления считали, что человек был создан бессмертным, а другие, в частн. Феодор Мопсуестский, полагали, что он мог получить бессмертие лишь вкусив от плодов Древа Жизни (что более соответствует букве Писания; см. Быт 3:22). Буквальное толкование принимает и рационалистич. экзегеза, но она видит в Быт 3 род этиологического сказания, призванного объяснить несовершенство человека. Эти комментаторы ставят библ. рассказ в один ряд с др. древними этиологич. *мифами.

б) Аллегорическое толкование существует в двух формах. Сторонники одной теории отрицают событийный характер сказания, видя в нем лишь иносказательное описание извечной греховности человека. Эта т. зр. была намечена у *Филона Александрийского и нашла развитие в новое время (напр., у *Бультмана, *Тиллиха). Сторонники другой теории, не отрицая, что за повествованием Быт 3 стоит некое событие, расшифровывают его образы с помощью аллегорического метода интерпретации, согласно к-рому змей обозначает чувственность, Эдем - блаженство созерцания Бога, Адам - разум, Ева - чувство, Древо Жизни - добро без примеси зла, Древо Познания - добро, смешанное со злом, и т. д. (*Ориген, свт. *Григорий Назианзин, свт. *Григорий Нисский, свт. *Амвросий Медиоланский, блж. *Августин и др.).

в) Историко-символическое толкование близко к аллегорич., но для интерпретации Свящ. Писания использует систему символов, существовавшую на Древнем Востоке. В соответствии с этой трактовкой сама суть сказания Быт 3 отражает некое духовное событие. Говоря о первых главах Кн.Бытия, Булгаков пишет: «Нет никакой необходимости приписывать им исторический характер в том смысле, как он свойствен событиям эмпирической жизни этого мира, ибо ими вовсе не исчерпывается вся полнота и глубина бытия... Сказание III главы Бытия о грехопадении, хотя и есть история, но именно как метаистория, и она есть в таком качестве миф, который больше и значительней в своих обобщенных исторических образах, нежели вся эмпирическая история» («Невеста Агнца»). Образная конкретность сказания о Г. призвана наглядно, «иконоподобно» изобразить сущность трагич. события: отпадение человека от Бога во имя своеволия. Символ змея избран Бытописателем не случайно, а ввиду того, что для ветхозав. Церкви гл. соблазном были языческие культы пола и плодородия, имевшие своей эмблемой змею (*Коппенс).

Символ Древа Познания экзегеты объясняют по-разному. Одни рассматривают вкушение от его плодов как попытку испытать зло на деле (Б. Вышеславцев), другие объясняют этот символ как установление норм этики независимо от Бога (*Лагранж). Поскольку глагол «познать» (см. ст. Знание в Ветхом Завете) имеет в ВЗ смысл «владеть», «уметь», «обладать» (Быт 4:1), а словосочетание «добро и зло» (евр. тов вэ ра) может быть переведено как «все на свете» (ср. Быт 24:50; 31:24, 29), образ Древа Познания иногда истолковывают как символ в л а с т и н а д м и р о м, но такой власти, к-рая утверждает себя независимо от Бога, делает своим источником не Его волю, а волю человека. Именно поэтому змей обещает людям, что они будут «как боги». В таком случае основную тенденцию Г. следует усматривать в первобытной м а г и и и во всем магич. миросозерцании.

3. Грех Адама и грех мира (толкования). Мн. экзегеты *святоотеч. периода видели в библ. образе Адама только конкретного индивидуума, первого среди людей, а передачу греха интерпретировали в плане генетическом (т. е. как наследств. болезнь). Однако у свт. Григория Нисского (Об устроении человека, XVI) и в ряде богослужебных текстов Адам понимается как *корпоративная личность. При таком понимании и образ Божий в Адаме, и грех Адамов следует относить ко всему человеч. роду как к единой духовно-телесной сверхличности, к-рая, по выражению прот. С. Булгакова, «многоипостасна в своих существованиях». Это подтверждается словами свт. Григория Назианзина, писавшего, что «чрез преступное вкушение пал целый Адам» (Песнопения таинственные, VIII), и словами богослужения, говорящими о приходе Христа для спасения Адама. Особого мнения придерживались те, кто вслед за *Пелагием считал, будто Г. есть только личный грех первого человека, а все его потомки грешат лишь по собств. воле.

Слова Быт 3:17 сл. о проклятии земли часто понимались в том смысле, что несовершенство вошло в природу в результате Г. человека. При этом ссылались на ап. Павла, учившего, что Г. повлекло за собой смерть (Рим 5:12). Однако указания самой Библии на змея (диавола, дракона) как на начало зла в творении позволили утверждать д о ч е л о в е ч е с к о е происхождение несовершенства, зла, смерти. Согласно этой т. зр., человек был вовлечен в уже существовавшую сферу зла. «Мир, - пишет *Бердяев, - есть иерархический организм, в котором все части между собой связаны, в котором то, что совершается на вершинах, отражается на низинах... Тьма первоначально сгустилась в высшей точке духовной иерархии, там свобода впервые дала отрицательный ответ на Божий зов, на Божию потребность в любви Своего другого, там творение вступило на путь самоутверждения и самозамкнутости, на путь разрыва и ненависти». Иными словами, Писание позволяет говорить о д в у х грехопадениях: космическом, приведшем к частичному отклонению природы от путей Божьих, и антропологическом, погрузившем человека, Адама, в бездну богопротивления. Обе фазы Г. предполагают своим условием с в о б о д у - как духовных сил, так и духовно-телесного существа, человека. Но и в том и в другом случае искажение благого замысла Творца не было полным и окончательным. Бог осуществляет спасение, искупление мира через Свое Домостроительство, к-рое в Царстве Божьем завершится приобщением твари к Божественному бытию (см. ст.: Сотериология; Эсхатология).

l Б е р д я е в Н., Философия свободного духа, Париж, 1927, т.1; прот.Б у л г а к о в С., Невеста Агнца, Париж, 1945; Б у р г о в А.В., Православно-догматич. учение о первородном грехе, К., 1904; прот.*Б у т к е в и ч Т.И., Зло, его сущность и происхождение, Харьков, 1897; *В в е д е н с к и й Д.И., Учение ВЗ о грехе, Серг. Пос., 1900; *В е л т и с т о в В.Н., Грех, его происхождение, сущность и следствия, М., 1885; В ы ш е с л а в ц е в Б.П., Миф о Г., «Путь», 1932, № 34 ; *Г л а г о л е в С.С., О происхождении и первобытном состоянии рода человеческого, М., 1894; архим.К и п р и а н (Керн), Антропология св. Григория Паламы, Париж, 1950; [К у д р я в ц е в - П л а т о н о в В.Д.], Письмо о Г. прародителей, ПрТСО, ч. 4, 1846; *Л у ч и ц к и й К.И., Суд Божий во Едеме, ХЧ, 1845, ч.3; е г о ж е, Изгнание Адама и Евы из Рая, ХЧ, 1846, ч.3; П о к р о в с к и й А.И., Библ. учение о первобытной религии, Серг. Пос., 1901; СББ,

с.237-51; С в е т л о в Э. [прот.Мень А.В.], История религии, Брюссель, 1981; е г о ж е, Магизм и Единобожие, Брюссель, 1971; Т р у б е ц к о й Е.Н., Смысл жизни, М., 1918; B a u m g a r t n e r Ch., Le P№ch№ originel, P., 1969; D u b a r l e A.M., Le P№ch№ originel dans l’Еcriture, P., 1958 (англ. пер.: Biblical Doctrine of Original Sin, L.-N.Y., 1964); L i g i e r L., P№ch№ d’Adam et p№ch№ du monde, P., 1960; W o j c i e c h o w s k i M., Problemy literacki teologiczne, Rdz. . 6:1-14, «Studia Bibliistyki», 1983, t.3. См. также лит-ру в указ. трудах и в ст.: Антропология; Богословие; Пятикнижие.

Грех Адама проявляется по существу как непослу-шание, как такое действие, которым человек сознательно и умышленно противопоставляет себя Богу, нарушая одно из Его повелений (Быт 3.3); но глубже этого внешнего бунтарского поступка в Писании определенно отмечается внутренний акт, от которого он происходит: Адам и Ева ослушались потому, что, поддавшись внушению змея, захотели «быть как боги, знающие добро и зло» (3.5), т.е., согласно наиболее распространенному толкованию, поста-вить себя на место Бога с тем, чтобы решать, что – добро и что – зло; приняв свое мнение за мерило, они притязают быть единственными вла-дыками своей судьбы и распоряжаться самими собой по своему усмотрению; они отказываются зависеть от Того, Кто их сотворил, извращая т. обр. отношение, соединявшее человека с Богом.

Согласно же Быт 2, это отношение заключалось не только в зависимости, но и в дружбе. В отличие от богов, упоминаемых в древних мифах (ср. Гильгамеш), не было ничего, в чем Бог отказывал бы человеку, сотворенному «по образу Его и подобию» (Быт 1.26 сл); Он ничего не оставил для Себя одного, даже и жизни (ср Прем 2.23). И вот, по наущению змея, сначала Ева, затем Адам начинают сомневаться в этом бесконечно щедром Боге. Запо-ведь, данная Богом для блага человека (ср Рим 7.10), кажется им лишь средством, которое Бог применил для охраны Своих преимуществ, а добавленное к заповеди предупреждение – всего только ложью: «Нет, не умрете; но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их (плодов древа познания), откроются глаза ваши и вы будете как боги, знающие добро и зло» (Быт 3.4 сл). Человек не доверял такому богу, ставшему его соперником. Само представление о Боге оказалось извращенным: понятие о бесконечно бес-корыстном, ибо совершенном, Боге, не имеющем недостатка ни в чем и могущем только давать, подменяется представлением о каком-то ограни-ченном, расчетливом существе, целиком занятом тем, чтобы защищать себя от своего создания. Прежде чем толкнуть человека на преступление, грех развратил его дух, поскольку же его дух был затронут в самом отношении к Богу, образом Которого человек является, невозможно представить себе извращения более глубокого и не приходится удивляться тому, что оно повлекло за собой столь тяжкие последствия.

Отношения между человеком и Богом изменились: таков приговор совести. Прежде чем понести наказание в прямом смысле этого слова (Быт 3.23), Адам и Ева, до этого столь близкие к Богу (ср 2.15), скрываются от лица его между деревьями (3,8). Итак, сам человек отказался от Бога и ответственность за его проступок лежит на нем; он бежал от Бога, а изгнание из рая после-довало как своего рода утверждение его собствен-ного решения. В то же время ему пришлось убе-диться, что предостережение не было ложным: вдали от Бога доступ к дереву жизни невозможен (3.22), и смерть окончательно вступает в свои права. Будучи причиной разрыва между человеком и Богом, грех вносит также разрыв между членами человеческого общества уже в раю внутри самой первоначальной четы. Едва грех совершен, как Адам себя отгоражи-вает, обвиняя в нем ту, которую Бог дал ему в качестве помощницы (2.18), как «кость от костей его и плоть от плоти его» (2.23), и этот разрыв в свою очередь подтверждается наказанием: «К мужу твоему вле-чение твое, и он будет господствовать над тобою» (3.16). В дальнейшем последствия этого разрыва распространяются на детей Адама: происходит убийство Авеля (4.8), затем наступает царство наси-лия и закон сильного, воспетый Ламехом (4.24). Тайна зла и греха распространяется за пределы человеческого мира. Между Богом и человеком встает некто третий, о ком в Ветхом Завете совсем не говорится – по всей вероятности чтобы не было соблазна считать его своего рода вторым богом – но кто Премудростью (Прем 2.24) отожествляется с Диаволом или Сатаной и снова появляется в Новом Завете.

Повествование о первом грехе завершается обето-ванием человеку некой реальной надежды. Правда, рабство, на которое он себя обрек, думая достичь независимости, само по себе окончательно; грех, однажды вошедший в мир, может только мно-житься, и по мере его роста жизнь действительно идет на ущерб, вплоть до того, что совсем прекра-щается при потопе (6.13 слл). Начало разрыва исходило от человека; ясно, что почин примирения может прийти только от Бога. И уже в этом первом повествовании Бог и дает надежду, что придет день, когда Он примет на Себя этот почин (3.15). Благость Божия, которую человек презрел, в конце концов победит, – «победит зло добром» (Рим 12.21). Книга Премудростей (10.1) уточняет, что Адам был изъят из своего преступления». В Быт. уже пока-зано, что эта благость действует: она сохраняет Ноя и его семью от всеобщего развращения и от наказания за него (Быт 6.5-8), чтобы начать через него как бы новый мир; в особенности, когда «из сме-шанных в единомыслии зла народов» (Прем 10.5) она избрала Авраама и вывела его из грешного мира (Быт 12.1), чтобы «благословились в нем все племена земные» (Быт 12.2 сл, явно составляя противовес проклятиям в 3.14 слл).

Последствия грехопадения для первого человека были катастрофическими. Он не только лишился блаженства и сладости рая – изменилась и исказилась вся природа человека. Согрешив, он отпал от естественного состояния и впал в противоестественное (авва Дорофей). Были повреждены все части его духовно-телесного состава: дух, вместо того чтобы стремиться к Богу, стал душевным, страстным; душа попала во власть телесных инстинктов; тело в свою очередь утратило первоначальную легкость и превратилось в тяжелую греховную плоть. Человек после грехопадения стал «глухим, слепым, голым, бесчувственным по отношению к тем (благам), от которых отпал, а кроме того, стал смертным, тленным и бессмысленным», «вместо божественного и нетленного знания он воспринял плотское знание, ибо ослепнув очами души... он прозрел телесными очами» (преподобный Симеон Новый Богослов). В жизнь человека вошли болезни, страдания и скорби. Он стал смертным, так как потерял возможность вкушать от древа жизни. Не только сам человек, но и весь окружающий его мир изменился в результате грехопадения. Изначальная гармония между природой и человеком нарушена – теперь стихии могут быть враждебны ему, бури, землетрясения, наводнения могут погубить его. Земля уже не будет произрастать все сама собой: ее надо возделывать «в поте лица», а она принесет «терния и колючки». Звери тоже становятся врагами человека: змей будет «жалить его в пяту» и другие хищники нападать на него (Быт. 3:14-19). Вся тварь подчиняется «рабству тления», и теперь она вместе с человеком будет «ждать освобождения» от этого рабства, потому что покорилась суете не добровольно, но по вине человека (Рим. 8:19-21).

Экзегеты, интерпретировавшие библейские тексты связанные с грехопадением, искали ответа на ряд принципиальных вопросов, например: является ли сказание Быт. 3 описанием действительно совершившегося некогда события или же в книге Бытия речь идет только о перманентном состоянии человеческого рода, обозначенного с помощью символов? К какому литературному жанру относится Быт. 3? И т. д. В святоотеческой письменности и в исследованиях позднейших времен наметились три основные интерпретации Быт. 3.

Буквальное толкование было главным образом разработано антиохийской школой. Оно предполагает, что Быт. 3 рисует события в том самом виде, как оно происходило на заре существования человеческого рода. Эдем был расположен в определенной географической точке Земли (свят. Иоанн Златоуст, Беседы на Бытие, 13, 3; блаж. Феодорит Киррский, Толкование на Бытие, 26; Феодор Мопсуестийский). Одни экзегеты этого направления считали, что человек был создан бессмертным, а другие, в частности Феодор Мопсуестийский, полагали, что он мог получить бессмертие, лишь вкусив от плодов Древа жизни (что более соответствует букве Писания; см. Быт. 3:22). Буквальное толкование принимает и рационалистическая экзегеза, но она видит в Быт. 3 род этиологического сказания, призванного объяснить несовершенство человека. Эти комментаторы ставят библейский рассказ в один ряд с другими древними этиологическими мифами.

Аллегорическое толкование существует в двух формах. Сторонники одной теории отрицают событийный характер сказания, видя в нем лишь иносказательное описание извечной греховности человека. Эта точка зрения была намечена у Филона Александрийского и нашла развитие в новое время (Бультман, Тиллих). Сторонники другой теории, не отрицая, что за поведением Быт. 3 стоит некое событие, расшифровывают его образы с помощью аллегорического метода интерпретации, согласно которому змей обозначает чувственность, Эдем – блаженство созерцания Бога, Адам – разум, Ева – чувство, Древо жизни – добро без примеси зла, Древо познания – добро, смешанное со злом, и т. д. (Ориген, свят. Григорий Богослов, свят. Григорий Нисский, блаж. Августин, свят Амвросий Медиоланский).

Историко-символическое толкование близко к аллегорическому, но для интерпретации Священного Писания использует систему символов, существовавшую на Древнем Востоке. В соответствии с этой трактовкой сама суть сказания Быт. 3 отражает некое духовное событие. Образная конкретность сказания о грехопадении наглядно, «иконоподобно» изобразить сущность трагического события: отпадение человека от Бога во имя своеволия. Символ змея избран бытописателя не случайно, а ввиду того, что для ветхозаветной Церкви главным соблазном были языческие культы пола и плодородия, имевшие своей эмблемой змею. Символ Древа познания экзегеты объясняют по-разному. Одни рассматривают вкушение от его плодов как попытку испытать зло на деле (Вышеславцев), другие объясняют этот символ как установление норм этики независимо от Бога (Лагранж). Поскольку глагол «знать» имеет в Ветхом Завете смысл «владеть», «уметь», «обладать» (Быт. 4:1), а словосочетание «добро и зло» может быть переведено как «все на свете, образ Древа познания иногда истолковывают как символ власти над миром, но такой власти, которая утверждает себя независимо от Бога, делает своим источником не Его волю, а волю человека. Именно поэтому змей обещает людям, что они будут «как боги». В таком случае основную тенденцию грехопадения следует усматривать в первобытной магии и во всем магическом миросозерцании.

Многие экзегеты святоотеческого периода видели в библейском образе Адама только конкретного индивида, первого среди людей, а передачу греха интерпретировали в плане генетическом (то есть как наследственная болезнь). Однако у свят. Григория Нисского (Об устроении человека, 16) и в ряде богослужебных текстов Адам понимается как корпоративная личность. При таком понимании и образ Божий в Адаме, и грех Адамов следует относить ко всему человеческому роду как к единой духовно-телесной сверхличности. Это подтверждается словами свят. Григория Богослова, писавшего, что «через преступное вкушение пал целый Адам» (Песнопения таинственные, 8), и словами богослужения, говорящими о приходе Христа для спасения Адама. Особого мнения придерживались те, кто вслед за Пелагием считали, будто грехопадение есть только личный грех первого человека, а все его потомки грешат лишь по собственной воле. Слова Быт. 3:17 о проклятии земли часто понимались в том смысле, что несовершенство вошло в природу в результате грехопадения человека. При этом ссылались на апостола Павла, учившего, что грехопадение повлекло за собой смерть (Рим. 5:12). Однако указания самой Библии на змея как на начало зла в творении позволили утверждать дочеловеческое происхождение несовершенства, зла, смерти. Согласно этой точке зрения, человек был вовлечен в уже существующую сферу зла.

В Новом Заветегрех занимает не меньше места, чем в Ветхом Завете, а в особенности, что полнота откровения о содеянном любовью Божией для победы над грехом дает возможность различить подлинное значение греха и вместе с тем его место в общем замысле Божией Премудрости.

Вероучение синоптических Евангелий с самого начала представляет Иисуса среди грешников. Ибо он пришел ради них, а не ради праведников (Мк 2.17). Пользуясь выражениями, обычно приме-няемыми Иудеями того времени к снятию мате-риальной задолженности. Он сравнивает отпу-щение грехов со снятием долга (Мф 6.12; 18.23 слл), что, конечно, не значит: грех снимается механически, независимо от внутреннего состояния человека, откры-вающегося благодати для обновления своего духа и сердца. Как пророки и как Иоанн Креститель (Мк 1.4), Иисус проповедует обращение, коренное изменение духа, располагающее человека принять Божию милость, поддаться ее живительному дей-ствию: «Близко Царство Божие; кайтесь и веруйте в Евангелие» (Мк 1.15). Тем же, кто отказывается принять свет (Мк 3.29) или считает, как фарисей в притче, что не нуждается в прощении (Лк 18.9 слл), Иисус не может дать прощения. Вот почему, как и пророки, Он обличает грех всюду, где грех имеется, даже у тех, которые считают себя праведными, поскольку они соблюдают пред-писания только внешнего закона. Ибо грех– внутри нашего сердца. Он пришел «исполнить закон» в его полноте, а отнюдь не упразднить его (Мф 5.17); ученик Иисуса не может довольствоваться «пра-ведностью книжников и фарисеев» (5.20); конечно, праведность, проповедуемая Иисусом в конечном итоге сводится к единой заповеди о любви (7.12); но видя, как поступает Учитель, ученик постепенно научается, что значит любить и, с другой стороны, что такое грех, противополагающийся любви. Он этому научается, в частности, слушая Иисуса, открывающего ему мило-сердие Божие к грешнику. В Новом Завете трудно найти место, показывающее лучше, чем притча о блудном сыне, которая так близка и к учению пророков, как грех ранит любовь Божию и почему Бог не может простить грешника без его раскаяния. Иисус открывает Своими действиями еще более, чем Своими словами, отношение Бога к греху. Он не только принимает грешников с той же любовью и с той же чуткостью, как и отец в притче, не оста-навливаясь перед возможным негодованием сви-детелей этого милосердия, так же неспособных его понять, как старший сын в притче. Но Он и непосредственно борется с грехом: Он первый торжествует над Сатаной во время искушения; в течение Своего общественного служения Он уже исторгает людей из того рабства диаволу и греху, каким являются болезнь и одержимость, тем самым начиная Свое служение как Отрок Ягве (Мф 8.16), прежде чем «дать душу Свою как выкуп» (Мк 10.45) и «кровь Свою Нового Завета за многих излить в оставление грехов» (Мф 26.28).

Евангелист Иоанн говорит не столько об «отпущении грехов» Иисусом – хотя это тради-ционное выражение известно и ему (1 Ин 2.11), сколько о Христе, «берущем на Себя грех мира» (Ин 1.29). За отдельными действиями он разли-чает таинственную реальность, их порождающую: сипу, враждебную Богу и Его царству, которой про-тивостоит Христос. Эта враждебность проявляется прежде всего конкретно в добровольном отвержении света. Греху свойственна непроницаемость тьмы: «Свет пришел в мир, и возлюбили люди больше тьму, чем свет; ибо были лукавы дела их» (Ин 3.19). Грешник противится свету потому, что боится его, от страха, «чтобы не были изобличены дела его». Он ненавидит его: «Каждый, делающий злое, ненави-дит свет» (3.20). Это ослепление – добровольное и самодовольное, ибо грешник не хочет сознаться в нем. «Если бы вы были слепы, не имели бы греха. Ныне же вы говорите: мы видим. Грех ваш пребывает».

До такой степени упорное ослепление нельзя объяснить иначе, как тлетворным влиянием Сатаны. Действительно, грех порабощает человека Сатане: «Всякий, делающий грех, есть раб греха» (Ин 8.34). Как христианин – сын Божий, так грешник – сын диавола, который сначала согрешил, и делает его дела. Среди же этих дел Ин. особо отмечает человекоубийство и ложь: «Он человекоубийца был от начала в истине не стоял, потому что нет истины в нем. Когда кто говорит ложь, говорит то, что ему свойственно, оттого что и отец его – лжец. Человекоубийцей он был, навлекши смерть на людей (ср Прем 2.24), а также и внушив Каину убить своего брата (1 Ин 3.12-15); и теперь он человекоубийца, внушая Иудеям убить Того, Кто говорит им истину: «Вы ищете Меня убить – Человека, Который сказал вам истину, а услышал Я ее от Бога... Вы делаете дела отца вашего... и хотите делать похоти отца вашего» (Ин 8.40-44). Человекоубийство и ложь порождаются ненавистью. Относительно диавола Писание говорило о зависти (прем 2.24); Ин. без колебаний применяет слово «ненависть»: как упорно неверующий «ненавидит свет» (Ин. 3.20), так Иудеи ненавидят Христа и Отца Его (15.22), причем под Иудеями здесь следует понимать – порабощенный Сатаною мир, всех, кто отказывается признать Христа. И эта ненависть приводит к убиению Сына Божия (8.37). Таково измерение этого греха мира, над которым Иисус торжествует. Ему это возможно потому, что Он Сам – без греха (Ин 8. 46: ср 1 Ин 3.5), «един» с Богом Отцом Своим (Ин 10.30), наконец, и может быть в основном, - «любовь», ибо «Бог есть любовь» (1 Ин 4.8): во время Своей жизни Он не переставал любить, и смерть Его явилась таким делом любви, больше которого представить себе невозможно, она - «свершение» любви (Ин. 15.13; ср 13.1; 19.30). Оттого эта смерть и была победой над «Князем мира сего». Доказательство этого не только в том, что Христос может «снова принять отданную Им жизнь» (Ин. 10.17), но еще более в том, что к Своей победе Он приобщает Своих учеников: приняв Христа и благодаря этому став «чадом Божьим» (Ин 1.12), христианин «не делает греха», «потому что рожден от Бога». Иисус «берет грех мира» (Ин 1.29), «крестя Духом Святым» (ср 1.33), т.е. сообщая миру Духа, симво-лизируемого таинственной водой, истекшей из пронзенного ребра Распятого, подобно источнику, о котором говорил Захария и который видел Иезекииль: «и вот из-под порога Храма течет вода» и превра-щает берега Мертвого моря в новый рай (Иез 47. 1-12; Откр Ин 22.2). Конечно, христианин, даже рожден-ный от Бога, может снова впасть в грех (1 Ин 2.1); но Иисус «есть умилостивление за грехи наши» (1 Ин 2.2), и Он дал Духа апостолам для того именно, чтобы они могли «отпускать грехи» (Ин 20.22 сл).

Большее обилие словесных выражений позво-ляет Павлу еще точнее различать «грех» от «греховных дел», чаще всего называемых, помимо традиционных оборотов речи, «согрешениями» или проступками, что, однако, нисколько не умаляет серьезности этих проступков, передаваемых иногда в русском пере-воде словом преступление. Так грех, совершенный Адамом в раю, - о котором известно, какое значение ему приписывает Апостол, - поочередно именуется «преступлением», «согрешением» и «непо-слушанием» (Рим 5.14). Во всяком случае, в учении Павла о нравствен-ности греховный поступок занимает не меньше места, чем у Синоптиков, как это видно из перечней грехов, так часто встречающихся в его посланиях. Все эти грехи исключают из Царства Божия, как это иногда и прямо говорится (1 Кор 6.9; Гал 5.21). Исследуя глубину греховных поступков, Павел указывает на их первопричину: они являются в греховной природе человека выражением и внешним проявлением силы, враждебной Богу и Его Царству, о которой говорил ап. Иоанн. Одно то, что фактически Павел только к ней применяет слово грех (в единственном числе), уже придает ей особую рельефность. Апостол тщательно описывает то ее происхождение в каждом из нас, то производимые ею дей-ствия, с точностью, достаточной, чтобы наметить в основных чертах настоящее богословское учение о грехе.

Эта «сила» представляется до некоторой степени персонифицированной, так что иногда она как будто отожествляется с личностью Сатаны, «бога века сего» (2 Кор 4.4). Грех все же от него отличается: он присущ грешному человеку, его внутреннему состоя-нию. Введенный в человеческий род непослушанием Адама (Рим 5.12-19), а отсюда как бы косвенным образом и во всю материальную вселенную (Рим 8.20; ср Быт 3.17), грех вошел во всех людей без исключения, всех их вовлекая в смерть, в вечное отделение от Бога, которое отверженные испытывают в аду: без искупления все образовали бы «осужденную массу», по выражению блаж. Августина. Павел пространно описывает это состояние человека, «продан-ного греху» (Рим 7.14), но еще способного «нахо-дить удовольствие» в добре (7.16,22), даже «хотеть» его (7.15,21), - и это доказывает, что не все в нем извращено, - но совершенно неспособного его «сделать» (7.18), а значит - неизбежно обречен-ного на вечную смерть (7.24), которая есть «конец», «завершение» греха (6.21-23).

Такие утверждения навлекают иногда на Апо-стола обвинения в преувеличении и в пессимизме. Несправедливость этих обвинений в том, что выска-зывания Павла не рассматриваются в их контексте: он описывает состояние людей вне влияния благо-дати Христовой; сам ход его доказательства при-нуждает его к этому, поскольку он подчеркивает всеобщность греха и порабощенность им с единствен-ной целью - установить бессилие Закона и пре-вознести абсолютную необходимость освободи-тельного дела Христа. Более того, Павел напо-минает о солидарности всего человечества с Адамом, чтобы раскрыть другую, гораздо более высокую солидарность, объединяющую все человечество с Иисусом Христом; по мысли Божией, Иисус Христос, как контрастный прообраз Адама, есть первый (Рим 5.14); и это равносильно утверждению, что грехи Адама с его последствиями был допущен только потому, что Христос должен был над ними востор-жествовать, притом с таким превосходством, что прежде чем излагать сходства между первым Адамом и Последним (5.17), Павел старательно отмечает их различия (5.15). Ибо победа Христа над грехом представляется Павлу не менее блистательной чем Иоанну. Христианин, оправ-данный верою и крещением (Гал 3.26), совершенно порвал с грехом (Рим 6.10); умерший греху, он стал новым существом (6.5) со Христом умершим и воскресшим - «новой тварью» (2 Кор 5.17).

Гностицизм, обрушившийся на церковь во 2 веке, вообще считал материю корнем всякой нечистоты. Отсюда антигностические отцы, как, напр., Ириней, усиленно подчеркивают мысль,что человек создан совершенно свободным и по своей вине утратил блаженство. Впрочем, очень рано наблюдается расхождение между Востоком и Западом в построениях на эти теми. Западное христианство отличалось более практическим характером, всегда поддерживало эсхатологические представления, мыслило отношения между Богом и человеком в формах права и поэтому занималось изучением греха и его последствий гораздо более, чем восточное. Уже Тертуллиан говорил о «повреждении», проистекающем из первоначального порока. Киприан идет дальше. Амвросий уже того мнения, что мы все погибли в Адаме. А Августин договаривает эти мысли до конца: он воскресил переживания Павла, его учение о грехе и благодати. И вот этого Августина должна была вместить в себя Западная церковь как раз в то время, когда она готовилась утвердить свое господство над миром варваров. Возникло своеобразное «сцепление противоположностей» – сочетание в одной и той же церкви обрядности, права, политики, власти с тонким и возвышенным учением о грехе и благодати. Трудно соединимые теоретически два направления отыскали в жизни практическое совмещение. Церковь, конечно, изменяла содержание августинизма и отодвигала его на задний план. Но, с другой стороны, она всегда терпела тех, кто смотрел на грех и благодать Августина. Под этим могучим влиянием стоит даже Тридентский собор: «Если кто не признает, что первый человек, Адам, когда нарушен был запрет Божий..., тотчас же утерял святость и праведность, в которых был утвержден, ...и в отношении тела и души претерпел перемену к худшему, тот да будет – анафема. И одновременно практика исповеди поддерживала другой порядок воззрений. Подавленное мыслями о греховности средневековье мыслило Бога как карающего Судию. Отсюда представление о важности заслуг и сатисфакции. В страхе перед карами за грех миряне естественно думали больше о наказаниях и средствах избежать их, чем об устранении греха. Наказание служило не столько тому, чтобы приобрести вновь в Боге Отца, сколько тому, чтобы избежать Бога-Судии. Лютеранство акцентировало догмат о первородном грехе. Апология Аугсбургского исповедания заявляет: «После падения нам вместо нравственности прирожденна злая похоть; после падения мы, как рожденные от грешного рода, не боимся Бога. Вообще первородный грех есть и отсутствие первобытной праведности и злая похоть, которая приразилась к нам вместо этой праведности». Шмалькальденские члены утверждают, что естественный человек не имеет свободы в выборе добра. Если допустить противное, то Христос напрасно умер, ибо не было бы грехов, за которые он должен был бы умереть, или же он умер бы только ради тела, и не ради души». Формула согласия цитирует Лютера: «Я осуждаю и отвергаю как великую ошибку всякое учение, прославляющее нашу свободную волю и не взывающее к помощи и благодати Спасителя, ибо вне Христа наши господа грех и смерть».

Греко-восточной церкви не пришлось выдержать такой острой борьбы по вопросам о спасении и грехе, какая разгорелась между католичеством и протестантством. Примечательно, что до 5 века для Востока оказывается чуждым учение о первородном грехе. Здесь религиозные притязания и задания долго остаются очень высокими и дерзновенными (Афанасий Великий, Василий Великий). Это и другие обстоятельства создали недостаток определенности в учении о грехе. «Грех сам по себе не существует, поелику он не сотворен Богом. Посему невозможно определить, в чем он состоит», – говорит «Православное исповедание» (вопрос,16). «В падении Адама человек погубил совершенство разума и ведения, и его воля преклонилась более ко злу, нежели к добру» (вопрос, 24). Однако «воля, хотя осталась неповрежденной по отношению к желанию добра и зла, впрочем, сделалась в одних более преклонной ко злу, в других к добру» (вопрос 27).

Грехопадение глубоко подавляет образ Божий, не искажая его. Именно сходство, возможность подобия серьезно затронуто. В западном учении «человек животный» сохраняет после грехопадения основы человеческого существа, хотя этот животный человек и лишен благодати. Греки же считают, что хотя образ не потускнел, извращение изначальных отношений между человеком и благодатью настолько глубоко, что только чудо искупления возвращает человека к его «естественной» сущности. В своем грехопадении человек представляется лишенным не своего избытка, а своей истинной природы, что помогает понять утверждение святых отцов о том, что христианская душа по самому своему существу является возвращением в рай, стремлением к подлинному состоянию ее природы.

Главные причины греха таятся в неправильном устрое-нии ума, в недолжном расположении чувств и в ложном направлении воли. Все эти аномалии указывают на рас-стройство души, определяют собой пребывание души в состоянии страсти и являются причиной греха. В святоотеческой письменности всякий грех рассматривается как проявление живущей в человеке страсти. При неправильном устроении ума, то есть при порочном воззрении на мир, восприятия, впечатления и желания приобретают характер чувственного вожделения и наслаж-дения. Ошибка в плане умозрения ведет к ошибке в плане практической деятельности. Впавшее в заблуждение прак-тическое сознание влияет на чувства и волю и является причиной греха. Святой Исаак Сирин говорит о воспламе-нении тела огнем вожделения при смотрении на предметы внешнего мира. При этом ум, призванный сдерживать, регулировать и контролировать функции души и вожделе-ния плоти, сам охотно останавливается в этом состоянии, воображает объекты страсти, вовлекается в игру страстей, становится умом невоздержным, плотским, непотребным. Преподобный Иоанн Лествичник пишет: «Причина страсти – чувство, а неправильное употребление чувств – от ума». Эмоциональное состояние человека также может быть причиной греха и оказывать влияние на интеллект. В состо-янии недолжного расположения чувства, например, в состоянии страстного эмоционального возбуждения, ум ли-шается способности осуществлять реалистически верную нравственную оценку ситуации и контроль над соверша-емыми действиями. Святой Исаак Сирин указывает на греховную сладость в сердце – чувство, пронизывающее все естество человека и делающее его пленником чувственной страсти.

Самой серьезной причиной греха является преднамерен-но злая воля, которая сознательно избирает беспорядок и духовный ущерб в своей личной жизни и в жизни ближних. В отличие от чувственной страсти, которая ищет времен-ного удовлетворения, озлобленность воли делает грешника еще более тяжелым и мрачным, так как является более постоянным источником беспорядка и зла. Люди стали подвержены чувственной страсти и склонны к злу после совершения прародительского греха, орудием которого был диавол, поэтому его можно считать косвенной причиной всякого греха. Но диавол не является безусловной причиной греха в том смысле, что он как будто принуждает к греху человеческую волю, – воля остается свободной и даже неприкосновенной. Самое большее, на что способен диавол, – это соблазнять человека к греху, действуя на внутренние чувства, побуждая человека думать о греховных предметах и сосредоточивать внимание на вожделениях, которые сулят запрещенные удовольствия. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин говорит: «Ни-кто не может быть прельщен диаволом, кроме того, кто сам пожелает отдать ему согласие своей воли». Святой Кирилл Александрийский пишет: «Диа-вол способен предложить, но не способен навязать нам наш выбор» – и заключает: «Мы сами выбираем грех». Святитель Василий Великий видит источник и корень греха в человеческом самоопределении. Эта мысль нашла четкое выражение и в воззрениях преподобного Марка Пустынника, выраженных в его трактате «О святом креще-нии»: «Необходимо понимать, что нас заставляет делать грех причина, лежащая в нас самих. Следовательно, от нас самих зависит, слушать ли нам веления нашего духа и познавать их, идти ли нам путем плоти или путем духа... ибо в нашей воле делать что-либо или не делать».

Иерей Максим Мищенко

См.: «Словарь Библейского Богословия». Под редакцией Кс. Леон-Дюфура. Перевод с французского. «Кайрос», Киев, 2003. Стр. 237-238.

См.: «Словарь Библейского Богословия». Под редакцией Кс. Леон-Дюфура. Перевод с французского. «Кайрос», Киев, 2003. Стр. 238; «Библейская энциклопедия. Путеводитель по Библии». РБО, 2002. Стр. 144.

Илларион (Алфеев), игумен. «Таинство веры. Введение в православное догматическое богословие». 2-е издание: Клин, 2000.

См.также: Алипий (Кастальский-Бородин), архимандрит, Исайя (Белов), архимандрит. «Догматическое богословие». Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1997. Стр. 237-241.

См.: Платон (Игумнов), архимандрит. «Православное нравственное богословие». Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. Стр. 129-131.